2021

МАРТ-АПРЕЛЬ

  2021

ЯНВАРЬ-ФЕВРАЛЬ
Респектабельная австрийская газета Die Presse напечатала большую рецензию на роман Алисы Ганиевой «Оскорбленные чувства» в переводе австрийского посла в России Йоханнеса Айгнера. «Книга Ганиевой – не классический детектив. Напряжение служит скорее двигателем главной темы: роман – это злая сатира на неприглядность общества в сегодняшней России. Не всем российским рецензентам это пришлось по нраву: некоторые сочли книгу слишком уж публицистической и заинтересованной. Консервативные критики упрекали ее в эксплуатации модной темы. Эта обеспокоенность кажется необоснованной. «Оскорбленные чувства» это художественная литература, полная черного юмора. Как, например, когда «удостоенная высоких наград» (по её же словам) педагог, организатор конкурса песни под девизом «Родина-мать зовет!» , обвиняется всемогущим следственным комитетом в искажении истории. По ходу романа становится ясно, что никто больше не застрахован - даже так называемые столпы режима с их личиной агрессивной правильности. <...> Остается надеяться, что из-за перевода этой острой на язык критики эпохи Послу не грозит впасть в дипломатическую немилость. Ведь «Оскорбленные чувства» в Москве спровоцировать очень легко». (Ютта Зоммербауэр)

 2020

НОЯБРЬ-ДЕКАБРЬ

  2020

СЕНТЯБРЬ-ОКТЯБРЬ
Алиса Ганиева дала большое интервью легендарному журналу «Вопросы литературы». Обо всем на поверхности и глубже. «Переплюнуть реальность становится почти невозможно, а просто ее фиксировать, как это делают пьесы-вербатим, — недостаточно. Мне важно все же переварить эту трагикомедию текущих дней во что-то по-настоящему литературное, перевести факт из первой реальности во вторую, сделать этот факт искусством. И тут уж в ход идет все — и хитросплетения сюжетных линий, и композиция, и ритм, и, конечно, язык — я стремилась к прыгучести, к резким мазкам, к ярким кляксам, отсюда много словечек диалектных, неочевидных. Недаром после выхода романа разразилась целая дискуссия по поводу мелькнувшего на его страницах «отчертоломившего елдыка». А моя корейская переводчица (роман, как ни странно, довольно шумно вышел в Сеуле) приняла эти стилевые скачки, эту залихватскую лексику чуть ли не за мат и усиленно сглаживала этот щетинящийся язык согласно бытующим в Южной Корее литературно-этическим нормам.»

 2020

ИЮЛЬ-АВГУСТ
Алиса Ганиева в числе других членов правозащитных писательских организаций “ПЭН-Москва”, Санкт-Петербургский ПЕН-клуб и Ассоциация “Свободное слово” подписала совместное заявление писателей, блогеров, переводчиков, литературоведов в связи с событиями в Беларуси.
«Соседняя страна, с которой мы связаны кровно, кричит на двух языках: белорусском и русском. О тотально сфальсифицированных выборах. Об изгнанных и посаженных за решетку кандидатах. О тысячах жителей Беларуси, избитых, униженных, брошенных в изоляторы. И по существу - о государственном перевороте. Мы не можем не отзываться на этот крик. Народ Беларуси защищает права, принадлежащие любому человеку: свободу думать, выбирать, говорить, свободу жить и дышать. В Минске, Гродно, Бресте, Гомеле, Полоцке, во многих других городах силовики действуют как настоящие каратели».

2020
МАЙ-ИЮНЬ
В известной германской газете Frankfurter Allgemeine Zeitung вышла статья Алисы Ганиевой о том, как коронавирус проходит в России (в переводе Кристианэ Кёрнер). Инопресса опубликовала дайджест обратного перевода некоторых фрагментов статьи. "С апреля появилось новое уголовное преступление: "публичное распространение под видом достоверных сообщений заведомо ложной информации об обстоятельствах, представляющих угрозу жизни и безопасности граждан". При нарушении грозят денежные штрафы или лишение свободы на срок до трех лет. Верховный суд подчеркнул, что речь идет не только о публикациях в СМИ и соцсетях, но и об устной передаче информации, о разговорах.»
«Некоторые читатели поспешили обвинить журналистку в русофобских настроениях» - заключает «Свободная пресса», путая род занятий Ганиевой, «— дескать, публикуется в западном издании, явно на деньги неких «западных недоброжелателей» стремясь «очернить явные успехи России в борьбе с коронавирусом». Но, пожалуй, со столь однозначной оценкой публикации они, мягко говоря, погорячились. Потому что наши власти, как выясняется, сами же подлили немало масла в огонь коронавирусной паники. И куда теперь вывезет страну эта кривая — одному богу известно».

2020
МАРТ-АПРЕЛЬ
Алиса Ганиева дала интервью журналу «Горец»: “Понимаете, если ты живешь годами с ощущением, что сверху твоей жизнью никто не занимается, государство вроде бы есть, но ему ты становишься интересен только тогда, когда у тебя есть, что отжать, то ты, конечно, начинаешь борзеть, а с другой стороны, пестовать в себе предприимчивость, иногда выходящую за рамки легального бизнеса - в какие-то «серые зоны». Этого, конечно, в Дагестане выше крыши. Но! Если выбирать между тотальной депрессией и алкоголизмом и такой вот жуликоватой активностью, то не знаешь, что лучше”.

Интервью с Алисой Ганиевой вышло в мартовском номере журнала «Читаем вместе». «Вообще, мне нравится, когда в тексте, обманчиво легком и увлекательном, много-много слоев, и каждое прочтение обнажает новые смыслы. Например, мой роман «Жених и невеста» - казалось бы, такая экзотическая мелодрама. История любви в «туземных» дагестанских декорациях. Но в нее подспудно встраивается рассказ о сложных социальных процессах на Северном Кавказе как лакмусовой бумажке всей России, где вперемешку и разбитые дороги, и полицейские блокпосты, и мистика, и коррупция, и ханжество, и насилие, и любовь. Там есть еще и третий, спрятанный слой – понятный лишь немногим шифр суфийских философских символов и значений. Ребус, разгаданный единицами»

Алиса Ганиева дала интервью газете «Труд»: «Я пишу не сказки, а книги живые, с очень узнаваемыми ситуациями, диалогами и типажами. В повести «Салам тебе, Далгат!», романах «Праздничная гора» и «Жених и невеста» российский Юг бурлит знакомыми проблемами: как устроиться на работу, подкупить чиновника, засватать невесту, избежать шантажа, не стать жертвой контртеррористической операции... Здесь не просто натуралистические наблюдения, но и тревожность, и мистика, и суфийские смыслы, и антиклерикальный пафос. Я стремлюсь создавать литературу, которой мне сегодня самой не хватает как читателю. Справилась с этим или нет, станет ясно лет через 50.”

4 марта в Булгаковском доме прошел вечер трио «ПоПуГан», куда когда-то входили Алиса Ганиева и критики Елена Погорелая, Валерия Пустовая. О вечере написал портал «Год литературы»: «Выросши, все трое занялись своими делами. Но делами литературными. На этот раз триумвират «ПоПуГана» объединила тройная презентация. Елена Погорелая представила книгу о Черубине де Габриак, вышедшую только что в серии ЖЗЛ, Валерия Пустовая автобиографический роман «Ода радости», а Алиса Ганиева – уже известную книгу «Лиля Брик: Ее Лиличество на фоне Люциферова века». Но снова они собрались не только чтобы вспомнить девичьи годы, но и задать друг другу вопросы, ответив на которые, можно попытаться понять самих себя и героинь своих книг.

2020
ЯНВАРЬ-ФЕВРАЛЬ
2019
НОЯБРЬ-ДЕКАБРЬ
2019
ИЮЛЬ-АВГУСТ
После выхода мультфильма о первой повести Алисы Ганиевой и ее покойном отце (в рамках проекта «Отцы и дочки») - смотреть - Алиса Ганиева рассказала журналу «Афиша» о своем отношении с родителями:
«Папы и дочки на Кавказе не привыкли разговаривать по душам, а уж тем более исповедоваться или изливать чувства. Любовь между членами семьи там исторически молчалива, ее не принято бурно демонстрировать. Горская аскеза [проявляется] даже в эмоциях. Никаких телячьих нежностей и панибратства. Из‑за этого иногда возникают недоговоренности, фрустрация, ощущение недолюбленности и аристократическая дистанция между детьми и родителями. Я тоже так росла — на эмоциональном расстоянии от матери и отца».

Дальше »
Алиса Ганиева рассказала «Комсомольской правде» о новой книге, посвященной Лиле Брик. «Да, если придираться: неправильные черты лица, маленькая, немного кифозная фигурка, на фотографии “ню” – совсем не идеальная попа… Глядя на ее снимки, не всегда понимаешь, что же в ней находили современники. Но все говорят о силе ее испепеляющего взгляда, который был пойман выдающимся фотографом Александром Родченко. Это сочеталось с умением слушать собеседника, особенно талантливого. И с прикосновениями - многие мужчины вспоминали, что она буквально хваталась за них руками, одновременно глядя в глаза. Свойство немного мефистофельское - недаром Андрей Вознесенский в стихах называл ее ведьмой».